"БЫСТРЫЕ РОДЫ" ИЛИ Я ГОТОВЛЮСЬ СТАТЬ...

Перед учениями с ВИМом надо было обсудить сам сценарий, по которому они будут проводиться, и прочие вопросы, касающиеся живучести лодки в ближайшие сутки. То есть с Робертом надо было провести сначала официальную беседу….

Роберт — друг! ВИМы не ходили на развод, и я видел Роберта сегодня впервые. Просто приятно было поздороваться, поговорить…. «…Потрогать за руку великого человека…»!

В течение пяти или десяти минут мы обсудили все официальные вопросы: какие учения лучше провести, какие ограничения по живучести подводной лодки будут действовать в ближайшие сутки, какой ремонт ведётся и т. д.

Дальше, как всегда, — беседа «за жизнь»….
А жизнь складывалась не очень хорошо.
Нет, мы служили там, где мечтали бы служить многие — Камчатка, атомная подводная лодка…Мы были молоды! И определённая доля ответственности, которая на нас лежала, уже в силу того, что мы были офицерами, как-то, по-хорошему, бодрила.

Помню, на четвёртом курсе училища, прямо перед практикой на подводных лодках Северного флота, мне часто снились сны о том, как я хожу по отсекам лодки, пролезаю в люки, поднимаюсь по трапам…. Помню, непередаваемое словами, чувство уюта и какого-то особенного «единого экипажного духа»….

Но, эфир… просто кричал о деньгах….
У всех были семьи! Дети!
Да, и просто, надоело уже!
«ДОСТАЛО»!

Если приять за 100% время, в течение которого человек мыслит, то, наверно, 80% из него мы думали о деньгах! Мы не могли постоянно думать о службе, что должно быть на самом деле! Служба-то, мягко говоря, у нас была не простая…. К сожалению, большую часть времени мы думали о деньгах! И, что смешно — не о том, как заработать их или украсть, а о том, на что бы купить хлеб и одежду семье.… Как бы получить своё жалованье!

Смешное слово — жалованье! Кто-то чего-то жалует, а ты, как бы, просишь!
Хорошая поговорка есть на подводных лодках: «Лейтенант имеет право жаловаться и обижаться!» Это, как будто, даже, и не только про лейтенантов, а про всех в нашей стране!

Идёт по улице «блестящий офицер»!

Но «блестящий офицер» не может и не должен быть нищим! Он не должен думать о дырках в носках; о том, что одеколон прекрасно заменяет лосьон после бритья; о том, что папиросы «Беломорканал» — тоже курево, и вообще…

Где-то я слышал хороший афоризм — попробую своими словами: «Государство, не желающее кормить свою армию, будет кормить армию противника»! Красиво сказано!
Правда, все эти умствования — не от весёлой жизни!
И, вообще, всё — некрасиво…, гадко….
И ещё, разумеется, не платили деньги нашим подчинённым! Мичмана, старшие мичмана…. Высококлассные специалисты! Часто, в разговорах с ними прорывалось одно, самое животрепещущее — деньги! Что делать?

Разговор наш с Робертом, вполне естественно, перешёл к стадии «что делать?», так как стадию «кто виноват?» мы уже прошли, обсудили….
С Робертом говорить «ни о чём» было нельзя, и я был рад этому, так как говорить «о погоде» тоже не умел!
Предметный разговор начался с обсуждения того, что же мы, на своём месте можем сделать….

Предложение у меня появилось очень простое и, как мне казалось, сделав это, мы достигнем цели! Я кратко изложил его Роберту: завтра, в воскресенье, часа за два до смены мы поднимаем на борт трап и я извещаю оперативного дежурного по флотилии, что вахта на такой-то подводной лодке отказывается сменяться, пока командование не приложит усилий по обеспечению нас жалованьем!

Дело, конечно, попахивало государственной изменой, но…НАДОЕЛО! Да и, к тому же, так называемый «захват лодки» — как это потом назовут, не представлялся мне чрезмерно опасным. На самом деле, ничего криминального в наших действиях не было и, как мы всё обговорили с Робертом, не должно было быть!

Главное, на чём я настаивал — никакое оружие не должно быть использовано!!!
Также, я предпринял меры, которые ни в коем случае не позволят отвести лодку от пирса и фактически её захватить.

Что касается оружия, находящегося в торпедном отсеке, то его применение было невозможно без знающего торпедиста и…, например, меня. Я, всё-таки, был командиром боевой части управления и одним из боевых постов, с которых производилась стрельба торпедами и ракетами, руководил я.

Роберт, хороший человек, этот план полностью поддержал!
Осталось согласовать его с личным составом вахты….

Нам очень повезло, на вахте находились, практически, все старшие мичмана! С одной стороны — уже не мальчики, и всё прекрасно понимают! Скоропалительные, необдуманные решения, которые они могли бы принять, полностью исключались! С другой стороны — что-то терять им было нечего — по крайней мере, третью, и последнюю для мичманов, звезду на погоны все они уже получили.

— Личному составу вахты прибыть в центральный пост! — у меня получился, нужный в этой ситуации, голос — твёрдый, бескомпромиссный, с «металлом»!

***

Вахта собралась необычно быстро! Как будто, чувствовалось, что собираю я всех по поводу, не совсем рядовому….
Роберт был здесь же! Получилась такая, моральная поддержка.
Начал я сразу с обоснования своего решения.

Основную мысль первой части моего выступления можно выразить одним словом — НАДОЕЛО«! Конечно, подводники говорят и похлеще…. Мы и говорили «похлеще». Но, думаю, приводить наш разговор дословно не стоит. Смысл беседы можно выразить и так -НАДОЕЛО!

Потом, я изложил чёткий, всесторонне продуманный план, который мы могли бы осуществить вместе под моим руководством…. Отдельно, я обратил общее внимание на ОБЯЗАТЕЛЬНОМ контроле за использованием оружия и применении его только в соответствии с уставом!

Весь этот, изложенный только что, план не только не стал никем обсуждаться, но и получил полную поддержку и одобрение! Мне кажется, всем понравилось именно моё категорическое требование по поводу оружия!

Даже относиться ко мне все стали как-то уважительно-бережно…. Как будто, со мной ни в коем случае ничего не должно было случиться, по крайней мере, за эти сутки…. Только бы я сделал ЭТО!

— Вот.…Такие дела! — я, что называется, перевёл дух, — А сейчас…, точнее, через двадцать пять минут, проведём учения по борьбе за живучесть! И вообще…. С этого момента, если вы согласны с завтрашним планом…, если вы мне доверяете…, я требую только беспрекословного подчинения лично мне, как дежурному по кораблю! — мне удалось сохранить «металлическую» составляющую в голосе до конца этого, судьбоносного для многих, совещания.

— Правильно…, Николаич!
— Мы согласны….
— Наконец-то!
— Смело! — реплик, после внимательного выслушивания моего предложения, было очень много. Я, даже, не думал, что восемь человек вахты могут высказать столько слов сразу….
— Всё, а сейчас — перекур! Все наверх! Помощник — за меня! — мне пришлось снова взять инициативу в разговоре в свои руки.