МЕТАФИЗИКА

Я, даже, немного помедлил, постоял, даже не пытаясь отгонять эти приятные воспоминания! Этот, возникший всего лишь на несколько мгновений, душевный подъём…! Эти ЗАПАХИ!

«Б…ть»! Деньги…!

Это слово уже превратилось во что-то метафизическое…. Оно, — слово это, представлялось сказанным во всех разговорах, написанным на всех заборах…. От одной мысли о деньгах не так ярко светило солнце, не такими насыщенными казались запахи….

Нет, я не могу…хотя бы в силу своего воспитания, писать слово «деньги» с большой буквы! Не в них был смысл моей жизни! И не они были главным и определяющим началом моих поступков! Если бы было возможно, я, с удовольствием, прожил бы без них! Но, возможности такой, к сожалению, не было, и быть не могло…! И если, кто-то, даже, не в цивилизованной, а в развивающейся стране, или, вообще, … в стране третьего мира, скажет вам, что может обходиться без денег, — плюньте ему в лицо! «Вложите» в этот плевок всю свою «пролетарскую» ненависть! Это, всё-таки, к сожалению, невозможно!

Я хотел служить на подводной лодке — ходить в море; каждый раз, с лёгким трепетом участвовать в погружениях; радоваться свежему воздуху всплытий….

Я в один момент опустился на землю…
Деньги…. Ладно, как-нибудь выкарабкаюсь!

Я подошёл к вертикальному трапу в прочный корпус и стал спускаться. Если бы кто-нибудь сейчас попросил словами проговорить порядок действий при спуске по этому трапу, я бы, наверно, остановился и перестал дальше спускаться. Движение по подводной лодке у подводника, даже, хотя бы немного послужившего, превращается в устойчивый навык, в привычку, в животную потребность, в ещё что-то физиологическое и уже нетеряемое никогда! Это «нетеряемое», я уверен, замешано на любви к своему кораблю, профессии, осознании причастности к хорошему, настоящему, мужскому делу!

В общем, пробираясь в центральный пост я конкретно ни о чём не думал….

Неправильное название — «центральный пост»! Уже давно, когда подводные лодки стали сгустком автоматики, и всё управление практически в любых ситуациях стало осуществляться из единого центра, центр этот стал называться — «Главный командный пункт». Но я, наверно, по причине какой-то глупой ностальгии, упорно называл это место «центральный пост» — мне так очень нравилось!