ЧТО, ГДЕ, КОГДА...

Камчатка!

1996 год, лето, жара — градусов тридцать и сухая пыль на зубах….

В окружёнии заросших сочной растительностью сопок — база атомных подводных лодок. Эти лодки то выходили в море, то находились на боевом дежурстве, то, иногда, ремонтировались; короче — охраняли рубежи нашей Родины на Камчатском направлении!

В августе 1996 года наша подводная лодка находилась в базе. Мы стояли у пирса и ждали освобождения плавучего дока, чтобы произвести чистку корпуса и плановый ремонт.

Я, в то время капитан третьего ранга, командир боевой части управления большой атомной подводной лодки К-322.

***

Сейчас я готовился к заступлению в наряд дежурным по кораблю. Это было не так захватывающе-глобально, но, по крайней мере, исключительно, понятно! Я любил эти приятные хлопоты!

По большому счёту, всё было как-всегда: писались бумаги, проворачивалось оружие и технические средства, заступала вахта в базе, устраивались учения.… И, конечно, как-всегда, — по плану, объявлялись приёмы пищи и «сход на берег».

Вроде всё проходило нормально и спокойно, как говорится — «жизнь текла…». И ничто не могло повлиять на это течение! Это было настолько незыблемо и, как-то, даже, железобетонно, что рождало в душе, редкое сейчас, чувство покоя, уверенности в завтрашнем дне, и, вообще, стабильности!

Правда, кое-что, всё-таки, эту железобетонную стабильность нарушало, мешало полностью успокоиться и заниматься службой. Это как какой-то раздражитель — ты стараешься об этом не думать, чем-то занять себя…. Часто вылезаешь из лодки на пирс покурить, шутишь с друзьями — а оно где-то «свербит, чешется…», мешает сосредоточиться. И шутки получаются невесёлые, и сигарета, даже самая первая — утренняя, оказывается не очень вкусной, и, вообще — не очень всё хорошо…

Раздражитель неприятный, даже, я бы сказал — мещанство какое-то…. гадко.…

Но…!

Уже пятый месяц нам не выдавали денежного довольствия! Заработной платы, или жалованья — кому как нравится! А без денег, какую бы присягу ты ни давал в верности Родине, защищать её, Родину то есть, — изо дня в день, профессионально, так сказать, защищать, — всё время что-то мешает! Самая банальная причина — содержание семьи — отодвигает все присяги, должностные обязанности и честь офицера, вместе взятые, на второй план…. Или, даже…, на третий! В такой ситуации — хоть ты «тресни», хоть «выпрыгни из штанов», а, в первую очередь, будешь искать ответ на битый-перебитый вопрос — «Что делать?»

На этот вопрос искал ответ и я, тем более, что продовольственный паёк плавсоставу, в соответствии с какими-то внутренними тыловыми инструкциями, был не положен. Конечно, в этом можно было найти некоторую прелесть — чтобы собирать «подножный корм», питаться, всё-таки, как-то надо — я исходил все окрестные сопки. Грибы, черемша, черника — здорово выручали! Но…, хотя бы, небольшие деньги! Хотя бы, для покупки хлеба, крупы и чая, как ни крутись, — были нужны. Весьма ограниченные накопления таяли как последний снег, заставляя про себя часто повторять крепкое русское слово «Б…ть»!

Очень хотелось денег!
Очень хотелось….
И даже, не то, чтобы хотелось. Просто они очень были нужны!

Кстати, я до сих пор не понимаю разницу между желанием денег и потребностью в деньгах! Смешно, конечно….

А деньги были нужны отчаянно, архисрочно!
Помню, даже, металлический вкус во рту по утрам, после пробуждения.
Практически неразрешимая проблема.…
От ответственности за семью, иногда, даже, … качалась под ногами земля!